СМОТРИТЕ ТУТ У НАС!

Грелка: после Белки и Стрелки послали меня.

Ханучка, зажгись!

Про евреев и других

 

Максим Стишов

Мозговой

Сын медсестры, Мозговой (52) питал слабость к медицинским работницам. Хирург-гинеколог Зоя (42) имела Мозгового исключительно сверху и всегда отвечала на телефонные звонки.
– Ну что, сиську-то тетке спасли?! – кричала она своим прокуренным голосом, не выпуская Мозгового из себя.
Мечтой дантистки Светы (39) было обиходить Мозгового дильдо. Когда Мозговой наконец поддался, дело кончилось плохо: он полночи просидел в туалете, не выспался и разбил машину.
Теперь он дружит с ординаторшей Олей (36). Она так выматывается на работе, что часто засыпает прямо под Мозговым, но он не обижается.


Реалии
В юности Ромов (55) и Спектр (57) были неразлучны. Вместе любили одну девушку, вместе мечтали покорить литературный олимп. Ромов стал крутым пиарщиком, а Спектор отцом успешного израильского стартапера. Друзья не виделись лет 25 и тут вдруг Ромов написал Спектору в фейсбуке, что в Израиле и будет рад встрече. Спектр с радостью откликнулся.  
– Знаешь, – сказал Ромов без предисловий, – я тут решил написать роман, и ты можешь быть мне очень полезен. В плане израильских реалий.
– Конечно, – ответил Спектор, с трудом скрывая растерянность.
Ромов вытащил айпед и начал задавать вопросы по списку. Спектор честно отвечал. Ромов  остался доволен и предложил увидеться  еще.
– Очень полезная встреча! Привет твоей прекрасной жене! – сказал он на прощание.  
Через несколько дней у жены Спектора был день рождения. Спектор по традиции рассказал последние новости.
– Чуть не забыл, – добавил он, – Ромов передавал большой привет!  
– Скоро закрываемся, брат, – бросил ему проходивший мимо работник кладбища. Спектор кивнул и принялся хлопать себя по карманам в поисках  заранее припасенного камушка. Карманов было по-зимнему много.  

Сигарета из астрала

Рис. Андрея Попова


Герой
–  Я тебе рассказывал, что в юности я серьезно занимался спортом? – спросил Бойм (58) у дочери (21). 
– Раз так миллион.
– Знаешь, почему я бросил? Понял, что боюсь быть первым. Мне достаточно просто медали. И всю жизнь так. Нет, я конечно, чего-то добился, но героем не был. У меня всегда был в кармане обратный билет. 
– И что в этом плохого? – губы дочери сложились на мгновенье в антисмайлик. – Вообще не люблю героев. Взять хотя бы этого... Ну, в самолете ты меня замучил смотреть с тобой... 
– А, "Белое солнце пустыни"? 
– Ну да. Вот там, типа, герой. И чего? Жили себе люди спокойно, тут этот приперся. В результате – гора трупов. Ну их в жопу, этих героев!
Бойм задумался. За окнами машины дождливо халвился Негев.
– Тоже верно, – хмыкнул  Бойм. 

Комментарии


Рейтинг@Mail.ru