СМОТРИТЕ ТУТ У НАС!

Общий наркоз будет приватизирован

Поэзия должна быть глупой, ватной

Блоги, блоги мои!

Лев Новожёнов

Гололёд

 Новоженов

Пока я ехал в машине, я думал, что бы такое смешное написать. И пока шёл от машины к магазину, думал о том же. И тут я поскользнулся и начал падать. 

Падал я долго, как в замедленной съёмке. И пока падал, представлял, как же смешно я выгляжу со стороны. Нет ничего смешнее, чем когда человек падает. Смешно всем, кроме того, кто падает. 

Особенно смешно падают старушки. Им и сочувствуешь, и в то же время смешно. Здесь, видимо, заложен главный секрет юмора. Я уже слышу чей-то голос, что над старушками смеяться нельзя. 

Пока я падал, я вспомнил, как мы с Коклюшкиным написали четырнадцать номеров для клоуна Марчевского. Ни один из них не пошёл, но деньги в Союзгосцирке нам заплатили. 

Я падал и думал, как же повезло Шифрину и Хазанову, что они закончили цирковое училище, и мне было обидно, что я не закончил. Падая, я вспомнил, как Юрий Владимирович Никулин у меня в студии говорил, что мы с Воеводиным были бы прекрасной клоунской парой.

И тут наконец я уже окончательно упал. Никто вокруг не смеялся, все шли по своим делам. Я встал, пошёл и купил две бутылки вина. 

Комментарии


Рейтинг@Mail.ru