СМОТРИТЕ ТУТ У НАС!

Сталинские репрессии нарочно обошли мазохистов

Мы построили общество изобилия трудностей и проблем
israpolicy

«Красная Бурда» – это да!


Самый юмористический в России журнал отметил 25-летие 


«Красная бурда», ежемесячно произрастающая на свердловской ниве, – урожай коллективного творчества талантливых, остроумных, изобретательных, бесшабашных авторов, которым никогда не изменяет чувство юмора и меры.

«Ничё! Не выбьет нас из седла!!!» Максим Смагин, художник КБ
Красная Бурда


Весной 2004 года делегация «Красной Бурды» в лице Владимиров Маурина и Логинова посетила бар-мицву «Бесэдер?а» и имела на ней оглушительный успех. 

10-минутные гастроли по Израилю 
Владимир Маурин и Владимир Логинов
 
Глава 1. Как это делалось в Свердловске
 
Вы спрашиваете нас, мосье Балцан, об чем думает простой русский юморист? Об выпить румку водки, об сделать умное лицо, об выпить вторую румку водки, об дать улыбку какой-нибудь морде.

Вы хочете спросить нас об том, что мы имеем за вывеской «Красная бурда»? Я вас умоляю! Ну кто не знает, что «Красная бурда» — это гойский юмористический журнал, а что до названия, то об нем хорошо бы спросить у Жорика Исакова, который его придумал, чтоб он был здоров в своей Москве в своем телевизоре. Он уехал и поступил в шайку Шендеровича. А что было делать нам, простым КВН-щикам?

«Красная бурда» – это двенадцать рослых, статных красавцев, плечи которых обтянуты добротными жилетами, а ляжки которых плотно прижаты к стульям. Авторучками эти ребята владеют так, что вы не успеете пикнуть, а они уже написали шутку, которая сделает вам смешно...

Однако, не будем размазывать манную кашу по газетной бумаге. О чем это мы? О том, что вся эта банда живет тем, что вынимает из себя душу, заворачивает ее в бумагу и делает грамотным обывателям такое, что грамотный обыватель падает на спину и начинает улыбаться так, как будто только что прочел что-то очень смешное.

Вот что мы имеем, говоря «Красная бурда». Еще не было месяца за последние 13 лет, чтобы эти молодцы не выпустили какой-никакой журнал.

 
* * *
 
Тем вечером на небе горел такой закат, как будто кто-то разом поджег сто полицейских участков. Было тихо, слышно было, как вот-вот зазвонит телефон. И он-таки зазвонил.

– Что вы хотите мине этим сказать? – спросил Федя (он был у юмористов за главного).   
– Мосье Федя, я имею вам сказать пару слов. Вы знаете Марика Галесника? – спросил телефон.
– Конечно, кто не знает Марика! Он держит в смехе весь Израиль.
– Марик просил вам передать, что Б-г послал его детищу бар-мицву!
– Очень хорошо, – сказал Федя. – Он хочет праздника, он будет иметь праздника.
– А когда будет бар-мицва, вы знаете, мосье Федя?
– Она будет послезавтра.
– Мосье Федя, она будет завтра.
– Кто сказал вам это?
– Это сказал Марик. Знаете ли вы, кто такое Марик Галечник?
– Я знаю Марика.
– Что ему сказать за бар-мицву?
– Скажи: «Бурда» знает за бар-мицву. Но мине сдается, Марик, что это ты, шалом! Но знаешь, для того, чтобы хорошо приехать в Израиль, нужны хорошие деньги и желательно настоящие визы.
– Ребята, – ответил Галесник (ибо это был он), – не нарушайте мине праздник! Пожалуйста, собирайтесь, и пусть вас не волнует остальных глупостей.

Вот и все, что он сказал. 
Есть время собирать чемоданы, есть время сидеть на них. Все молодцы сказали: 
– Мы поедем и сделаем ему, что он просит!
– Ша! – сказал Федя. – Поеду я и Володя Лысый.

И они поехали. Но сперва они пошли к женам, которых у них было, и сказали так:
– Мы-таки едем в Израиль на бар-мицву!
Самая бойкая жена сказала:
– Бар-мицва – это хорошо. Но поклонитесь там и нашему русскому Б-гу, ему будет приятно.
И Федя ответил:
– Бесэдер, Маня, это бесэдер. Иди дай ребенку цицю, мы поехали.

Уже в Москве они узнали от одного биндюжника, что Шарон сделал налет на коляску старого шейха, и арабы расстроены. 




* * *
 
В посольстве над Федей и Володей Лысым сразу стали смеяться, ибо они надеялись быстро получить визу и сразу ехать.

Но Федя и Вова подошли к посольству и передали через охранника письмо для посла:

«Мосье Милман, – написали они, – мы пришли до Вас, как до родной мамы. Положите, просим Вас, сегодня утром под ворота на Большой Ордынке наши паспорта с еврейскими визами. Если вы этого не сделаете, так нас ждет такое, что мы никуда не поедем, и всю жизнь станем о том жалеть. С почтением, «Красная бурда».

Кого искала судьба в то утро? Она искала нас и она нас нашла. Посол не поленился и ответил:
 
«Всегда добро пожаловать в нашу страну, это конечно. Но только не таким диким способом: сегодня заявление и сегодня же виза – что вы о себе думаете? Русские аферисты едут на бар-мицву – так мне просто интересно, доедут ли. Вот ваша виза и не нарушайте мне работать».
 

Мы взяли визы и поехали в самолетный порт. Там нас нашли молодые люди из Мосада. Они отвели нас в разные стороны, посмотрели на наши шахидские лица и сказали одно и то же:
– Каторжанин, куда вы едете, каторжанин? Неужели вы думаете, что двум гоям будут рады на бар-мицве?..

Ничего худого о Мосаде сказать нельзя. Грех возьмет на себя тот, кто станет говорить о нем дурно. Он возьмет на себя грех и никуда не поедет.

Мы моргали медвежьими глазками, кивали бородами и утверждали, что нас на юбилей газеты «Галесник?» пригласил ее редактор Бесэдер.

И мы добились своего, два каторжанина, ибо не Мосад правит миром, а юмор! Хотя и Мосад немножко.


 

Глава 2. Гой еси, Израиль!

И вот два наших гоя оказались в Израиле, на солнечном припеке. И было утро, и был вечер.

На сцене сидел распаренный, ничего не понимающий, но бесконечно счастливый Марик Галесник и микрофоны склоняли свои черные головы перед ним и его гостями.

Колонки фонили в честь праздника.

Две телекамеры подрались за право снимать событие.

Кресла, покрытые красным бархатом, заполнили зал, но и они не могли вместить всех желающих. Потому что пришли все: Смехбаумы и Юморгольцы, Улыбкинды и Сарказмеры, Веселовичи и Шутейлисы!

Маленького Каца знаете? Он тоже пришел.

Зрители хлопали так, что приехала «Скорая» и тоже стала хлопать.

Гости из Свердловска вышли на сцену в тесных черных костюмах и сказали:

– Мы имеем интерес, – сказали они, – чтобы «Бесэдер?» жил долго и счастливо и не умер ни в один день. Мосье Галесник, примите наши поздравления. Мы не имеем пухлых кошельков, но мы имеем пухлое сердце. Вот оно, можете сделать из него фалафель!

Затем вышел Вишневский и сказал то же самое, но в рифму.

Зрители хлопали в такт музыки, кричали «Браво!» и бросали цветы. Этих людей можно понять: цветы мешались у них в руках и не давали утирать им слезы, которые выступали от смеха на их задумчивых карих глазах. Да и кто может уместить в таких маленьких руках так много больших оваций?

* * *

Не спрашивайте нас, мосье Балцан, об чем думает простой русский юморист. Он думает об приехать сюда еще раз, об выпить еще не одну румку водки и об поцеловать кого-нибудь по еврейской морде.

Долгих лет, «Бесэдер?»! Лехаим!

Красная Бурда





В. Логинов, В. Маурин, М. Галесник
на задворках «Бесэдер?а»










Комментарии


Рейтинг@Mail.ru