ЧИТАЙТЕ У НАС!

В Шереметьево процветает домодедовщина

ква! Чего-то не хватает в этом звуке

Про евреев и других

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов

На юге 

– Было время, я из каждого утюга выпрыгивал. Включишь – а там я! Все менты, все бандюганы, все козлы, короче – мои! Я однажды Лёнчику – ну, агенту своему – говорю: а интеллигента нельзя сыграть, ну там чисто для разнообразия? А он такой: ты себя вообще в зеркале видел? Ну ладно, че, я не Хабенский, я бей-беги, зато пол-лимона зелени в год вообще без проблем поднимал. А потом так чёто достало меня это все. 

Читать дальше

Попов, засада

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов

Вопросики 

– Все-таки, согласись, это несправедливо: Дима такой умный, такой талантливый, такой богатый и – такая сволочь, а Серёжа такой глупенький, такой бездарный, такой бедный и – такой хороший, – заметила Света (34) Всевышнему, с которым любила иногда поболтать под косячок. – Вот любишь Ты все запутать, нет, чтоб сделать все правильно, логично. Богатый – добрый, глупый – плохой... И мне-то что делать? Ведь не девочка уже, надо как-то определяться.

– Бери Серёжу, – сказал Всевышний. – Он, конечно, звёзд с неба не хватает, зато будет тебя любить. А этот фраер с гандонной фабрики поматросит и бросит, ты уж Мне поверь. Читать дальше


Андрей Попов, нос к носу

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов
Во дни тягостных раздумий 

Цвентух (51) сослался на больную мать. Иванцов (49)  сказал, что у него недостаточно денег. Жена хозяина (55) объяснила, что «человек живет в языке» и ещё добавила цитату то ли из Бродского, то ли из Слепакова. Фетудинов (52) начал было, что, если уедут все хорошие люди, то кто же останется, но потом зевнул и добавил, что ему, наверное, просто лень. И только хозяин дома (57) отнёсся к вопросу серьезно. Читать дальше


Попов, туфля

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов
Вместе с великими 
К 55 Гиндину удалось победить все главные пороки, кроме одного. Он очень старался. Часто получалось, но еще чаще – нет. 
– Зато это роднит меня с великими, – оправдывался он.– С Пушкиным, с Чеховым, с Толстым. Ведь это он, кажется, сокрушался в дневниках, что вот, мол, опять не удержался и поимел девку на сеновале. Читать дальше

 

Попов, ноги

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов
Мелкая душонка

Если б вы сказали Зускину (51), что он не любит мать (91), он бы дал вам в морду, Зускин. Но дела были настолько плохи, что не думать о наследстве просто не получалось. Самое грустное, что он даже не смог бы приехать на материнские похороны, поскольку опасался ареста прямо в аэропорту. Меж тем, мать и не думала помирать. Пока она со скандалом уволила очередную сиделку – все они подворовывают, но эта! – и требовала от Зускина Читать дальше


Попов, окно

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов
Ольшанецкий и Нюша

Деваться было некуда: Нюша (30) и Ольшанецкий (52) столкнулись в аэропорту нос к носу, не убежишь и вид не сделаешь. Обнялись и даже поцеловались с деланным энтузиазмом, быстро обменялись серией клише и с облегчением разлетелись в разные стороны. 

Когда-то Ольшанецкий был от Нюши без ума, сейчас же из новой заграничной жизни в счастливом браке с голландской художницей этот московский роман виделся как одно бесконечное изнасилование – моральное и сексуальное,  которое осуществлял он силой своего авторитета, своего опыта, своей железной – тогда – воли. Читать дальше

Максим Стишов и Андрей Попов

Мужчины бальзаковского возраста

Максим Стишов
Крик души 
– Я не хочу этого вашего нового дивного мира! Я люблю писать ручкой, мне нравится читать газеты и свою машину я люблю водить сам! Меня раздражают гомосексуалисты и я не считаю нужным это скрывать! Ваше гендерное равенство абсолютнейший бред! Господа бога они хотят подправить, имбицилы! Тогда сделайте сначала, чтобы мужчины начали рожать, умники, а потом поговорим о гендерном равенстве! Я всегда спал со своими студентками и кому от этого было плохо? Читать дальше

 

Попов, ящики

 

Мужчины бальзаковского возраста
Максим Стишов
Большие

Когда-то у них было. У Лизы (17) и Маши (19). Причём, серьезно, по крайне мере с лизиной стороны, но потом Маша  сказала, что пора взрослеть, уехала в Москву и вышла замуж. Лиза сначала прокляла её за предательство, но потом простила, тоже переехала в Москву и они стали просто подругами. И вот теперь Лиза пришла к Маше за советом. Читать дальше

 

Рис. Андрея Попова

 

Мужчины бальзаковского возраста
Максим Стишов
Последняя ночь 
Живик (42), наверное, даже любил Тату (36), но не настолько, чтобы оставаться с ней до конца. Поэтому, когда Тата сообщила, что больна той же болезнью, от которой умерли её родители, Живик задумал уйти. Но всё не мог решиться. Наконец повезло: послали в длительную командировку. 

– Ты что, от меня уходишь? – спросила Тата. 

Читать дальше

Андрей Попов




Рейтинг@Mail.ru